Category: философия

Category was added automatically. Read all entries about "философия".

Историк на мирных переговорах

Репников А.В., Ланник Л.В.
Историк М.Н. Покровский о мирных переговорах в Брест-Литовске; Дневниковые записи М.Н. Покровского о переговорах в Брест-Литовске (Начало 1918 г.) // Россия и современный мир. 2021. № 3. С. 180–214.

СКАЧАТЬ СТАТЬЮ ПО ССЫЛКЕ
http://rossovmir.ru/article.php?id=836

pdf
http://rossovmir.ru/files/1131.pdf

***
Покровский М.Н..jpg

Книга о Страхове.

https://m.vk.com/wall-603929_2229

https://pushkindom.ru/product/fateev-v-a-straxov-n-n-lichnost-tvorchestvo-epoxa-monografiya

Фатеев В. А. «Страхов Н. Н.: Личность. Творчество. Эпоха: монография. СПб: Издательство «Пушкинский Дом», 2021.

В книге впервые всесторонне рассматриваются жизнь, творчество и окружение видного литературного критика, философа, ученого-естественника и публициста Николая Николаевича Страхова (1828–1896). Подробно освещены тесные и в то же время сложные взаимосвязи Страхова с такими выдающимися писателями и философами, как Ф. М. Достоевский и Л. Н. Толстой, Ап. А. Григорьев и Н. Я. Данилевский, К. Н. Леонтьев и Вл. С. Соловьев, В. В. Розанов. Тщательно анализируются идейные споры Страхова с Вл. Соловьевым, со сторонниками спиритизма и дарвинизма, многолетняя полемика с «шестидесятниками», исследуются обстоятельства появления печально известного письма с характеристикой Достоевского.

"За кулисами загорелось. Клоун выскочил предупредить публику.

Решили, что он шутит, и давай аплодировать. Он повторяет - еще более неистовый восторг. Сдается мне, пробьет час, и мир рухнет при общем восторге умников, воображающих, что и это - буффонада.
***
В чем вообще смысл жизни? - Людей, собственно, можно разделить на два класса: один должен работать, чтобы поддержать жизнь, другой не нуждается в этом. Но не в работе же людей первого класса смысл жизни! Если допустить это, выйдет колоссальное противоречие: постоянное добывание условий станет ответом на вопрос о значении того, что этим обусловливается! Жизнь другого класса тоже не имеет никакого иного смысла, кроме потребления готовых условий. Сказать же, что смысл жизни в смерти - вновь, кажется, противоречие..
***
Главное несовершенство человеческой природы состоит в том, что цели наших желаний - всегда в противоположном. Можно привести такую массу примеров, что и психологу будет над чем поломать себе голову. Так, ипохондрик особенно чуток к юмору, сластолюбец охотно говорит об идиллии, развратник о морали, скептик о религии. Да и святость постигается не иначе, как в грехе.
***
Алладин производит на нас такое освежающее впечатление именно потому, что мы видим в этой пьесе детски гениальную смелость самых причудливых желаний. А многие ли в наше время дерзают действительно пожелать, потребовать что-либо, обращаясь к природе: или, как благовоспитанное дитя, с просьбой "пожалуйста", или с бешенством отчаяния? В наше время много толкуют о том, что человек создан по образу и подобию Божию, но много ли найдется людей, которые, сознавая это, принимают по отношению к жизни тон повелителя? Не похожи ли мы все на Нурредина, низко кланяющегося духу, опасаясь потребовать слишком много или слишком мало? Не низводим ли мы каждое великое требование наше к болезненному созерцанию собственного я? Вместо того, чтобы предъявлять требования жизни, мы предъявляем их себе... к этому нас, впрочем, готовят и дрессируют!
***
Сущность наслаждения заключается не в предмете наслаждения, а в представлении о наслаждении. Если б я имел в услужении сказочного духа и приказал ему доставить мне стакан воды, а он принес бокал лучшего в мире вина, я бы прогнал его и не позволил являться на глаза, пока он не поймет, что сущность наслаждения не в наслаждении чем-либо, а в исполнении желания.

Сёрен Кьеркегор http://az.lib.ru/k/kxerkegor_s/text_0010.shtml

НОВИНКА

X0JN2JXF620.jpg

Герд-Клаус Кальтенбруннер "Трудный консерватизм"

-------------

Данная книга — попытка реабилитации консервативного принципа философом Г.-К. Кальтенбруннером. Автор показывает, что консерватизм — это законная и способная к рациональному обоснованию жизненная и политическая позиция, что и современная демократия не может обойтись без него, не нанеся себе ущерба, и что в эпоху экологического кризиса, сомнений в управляемости Запада и все большей утраты своей привлекательности утопическо-революционным «принципом надежды» он более актуален, чем когда-либо раньше.

Кальтенбруннер показывает также, что корни консервативной мысли в высшей степени различны. Так, мы находим консервативные подходы и идеи у романтиков Новалиса и Адама Мюллера, у авторитетных философов Франца фон Баадера, Сёрена Кьеркегора и Людвига Клагеса, у политических теоретиков, таких как Алексис де Токвиль и Вильфредо Парето.

Соединяя взгляд в прошлое и в будущее, духовную историю и политическую теорию, Кальтенбруннер разрабатывает «завтрашний, творческий консерватизм». Его книга — это речь в защиту консервативной позиции, которая обязывает не только сохранять status quo, но и ставит своей задачей создать такой порядок, при котором возможны будут изменения без катастроф, а сохранение будет возможным и рациональным.

Ильин Н.П. "Моя борьба за русскую философию. Избранные очерки и статьи".

191893324508426.jpg
Николай Петрович Ильин

Том 1. Русская классическая философия и ее противники

https://aldebaran.ru/author/ilin_nikolayi/kniga_moya_borba_za_russkuyu_filosofiyu_izbran/

В первом томе представлены очерки и статьи, которые отражают борьбу автора за адекватный образ истории русской философии. Основное внимание уделено практически неизученному направлению русской философской мысли, расцвет которого приходится на вторую половину XIX века. Рассмотрены руководящие идеи этого направления, позволяющие видеть в нем русскую классическую философию, занятую не поиском «абсолюта», а проблемой человека, его пути к самому себе, к своей личностной и национальной сущности. Наряду с общей характеристикой русской классической философии в ряде статей рассмотрены взгляды ее главных представителей, среди которых на первом плане стоит Н. Н. Страхов, его многогранный вклад в русскую философию, а также его отношения с Л. Н. Толстым и Ф. М. Достоевским. В последнем разделе подвергнуты острой критике ложные кумиры, ритуальное поклонение которым подменяет сегодня подлинную историографию русской философии и провоцирует нигилистическое отношение к нашему философскому наследию.

http://primuzee.ru/shop/Knigi/Moia-borba-za-rysskyu-filosofiu_-Rysskaia-klassicheskaia-filosofiia-i-ee-protivniki

Том 2.

https://lavkapisateley.spb.ru/nekhudozhestvennaya-literatura/filosofskie-nauki/moya-borba-za-russkuyu-filosofiyu-tom-2

В продолжение темы борьбы за адекватный образ русской философии рассматривается процесс постепенного формирования в России в XVIII-XIX вв. различных идеологических доктрин, способных ответить на вызовы новой эпохи русской истории. Особую роль в этом процессе сыграло начало народности, принятое правительством в качестве самостоятельного культурно-исторического принципа. Показано, что как «западники», так и «славянофилы», полагая высшим принципом идею «общечеловеческого братства», оказались в оппозиции к началу народности. Напротив, сочетание этого начала с христианской идеей личности стало у ряда русских мыслителей ядром философской концепции, которую автор определяет как национал-персонализм, в котором видит сохранившее свой потенциал основание русской национальной идеологии. Рассматривается ряд конкретных выражений этой концепции, среди которых выделяется «этический национализм» Н. Г. Дебольского. В заключение автор рассматривает метафизическую сущность национализма и четко разграничивает подлинный национализм и его псевдоморфозы. Книгу дополняют сжатые «энциклопедические» характеристики ряда классиков русской философии, которые подошли к концепции национал-персонализма наиболее близко.

Вышел в свет новый номер «Тетрадей по консерватизму»,

посвященный 100-летию со дня смерти известного русского философа Василия Васильевича Розанова (1856—1919).

Тетради по консерватизму: Альманах. – № 4. – М.: Некоммерческий фонд – Институт социальноэкономических и политических исследований (Фонд ИСЭПИ), 2019. – 480 с.

Аннотация: Очередной номер альманаха «Тетради по консерватизму» приурочен к 100-летию смерти яркого, самобытного, но во многом еще недооцененного русского философа Василия Васильевича Розанова. Розанов уникален не только тематикой творчества, пронзительного в своей любви к России, но и критического ко всем аспектам русской жизни. Розанов уникален и неповторимым стилем, предвосхитившим рождение русской блогосферы за век до ее появления. Краткость, философичность и даже интерактивность розановского жанра делает автора «Опавших листьев» очень созвучным нашей эпохе гаджетов и социальных сетей.

СКАЧАТЬ https://vk.com/russian_conservatism?w=wall-603929_2008

«Ненависть к советской власти и одновременно к демократическим институтам завела

некоторых из религиозных философов так далеко, что они вступили на путь сотрудничества с итальянскими фашистами и немецкими нацистами. Пособниками гитлеровцев во время оккупации Франции были Д.С. Мережковский и Б.П. Вышеславцев. Последний после разгрома фашизма вынужден был, спасаясь от суда, бежать из Франции (Об этом см., например: Яновский В. С. Поля Елисейские. СПб., 1993. С. 127-129, 167-168 и др.).

Переход на позиции религиозной философии, вызванный ужасом перед надвигающейся революцией, с неизбежностью завел людей, которые пошли по такому пути в тупик. Понятие “религиозная философия” таит в себе явное противоречие. Подлинная философия предполагает полную свободу мысли. Только тот способен стать настоящим философом, кто может поставить под сомнение любое положение, для которого нет непререкаемых авторитетов. Религиозный философ на это, в принципе, не способен. Для него всегда существует набор положений, в правильности которых он не имеет права усомниться. Его мысль всегда заключена в определенные рамки, за которые она не смеет выйти»

Ю.И. СЕМЕНОВ
О РУССКОЙ РЕЛИГИОЗНОЙ ФИЛОСОФИИ КОНЦА XIX — НАЧАЛА XX ВЕКА

«Но для мышления, находящегося на низшей степени, высшая непонятна

и представляется неразумием. Таков закон человеческого ума вообще»

И.В. Киреевский «О необходимости и возможности новых начал для философии».