Category: авто

Category was added automatically. Read all entries about "авто".

Защищена диссертация

**********************************

https://istina.msu.ru/dissertations/391081845/

А. А. Башмаков (1858–1943): общественно-политические взгляды и деятельность в дореволюционной России диссертация

Научный руководитель: Чернов Сергей Леонидович

Автор: Беклемишева Мария Михайловна

Дата защиты: 22 ноября 2021 года в 14:00

Шифр диссертационного совета: МГУ.07.01

Организация: МГУ имени М.В. Ломоносова

Область знаний: История

Специальность: 07.00.02 - Отечественная история

Тип диссертации: Кандидатская

Организация, в которой выполнялась работа: ФГБОУ ВО «Московский государственный университет имени М.В. Ломоносова», исторический факультет, кафедра истории России XIX века – начала ХХ века

Оппоненты:

Омельянчук Игорь Владимирович,
Репников Александр Витальевич,
Чемакин Антон Александрович

Аннотация:

Диссертация посвящена изучению биографии известного русского правоведа, публициста, консервативного мыслителя А. А. Башмакова (1858–1943) и его роли в общественно-политической жизни России на рубеже XIX–XX вв. В центре внимания автора – общественная, издательская и редакторская деятельность А. А. Башмакова, его продвижение по службе, публичные выступления, заграничные поездки. В работе не только подробно характеризуется «славянская идея» А. А. Башмакова как идейная концепция, но и анализируется его отношение к важнейшим международным проблемам на Балканах: «македонскому вопросу», Боснийскому аннексионному кризису, Балканским войнам, будущим границам Албании, спору Болгарии и Сербии о разделе Македонии, вступлению Болгарии в Первую мировую войну. Изучается позиция публициста по ряду вопросов внутренней политики: природе монархической власти, учреждению Государственной Думы, проблеме управления национальными окраинами империи. Автор также рассматривает его роль во главе официальных правительственных изданий – «Правительственного вестника» и «Вечернего прибавления к Правительственному вестнику». Проведенное исследование позволило установить, что, несмотря на принадлежность А. А. Башмакова к консерваторам, его система убеждений имела ряд особенностей: выраженную славянофильскую и националистическую составляющую, а также элементы либерализма.

"Меня предупреждали, что англичане – за Общий рынок, но я не думал, что до такой степени.

Кетти разделяет римские протоколы. Мы сразу же находим общий язык. И клянусь, она ловит на лету мою методу! Вот чертовка! Как работает ее артикуляционный аппарат! Опыта маловато, но такая жажда новых знаний заставляет содрогнуться. И я дрожу, братцы! На помощь, подвеска ситроена! Увидеть мисс Мэппл и умереть! Я показываю ей магический колпак, овернский волчок, чертово колесо, v закупоренный саксофон, ликующий хамелеон, стеклоочиститель с ножным приводом, прибор для заклеивания марок, дырявую кофемолку в действии, большую восьмерку, большую шестерку, большую девятку, Великого Конде, маленькую мышку-норушку, тещин язык, шпоры в норы, дырчатую солонку, соленую дырку, дыр – дыр в одни ворота, священный огонь олимпийцев, местную гордость мальтийцев, свечу на резьбе, виноградный лист на лозе, знамя победы и быстрые кеды, секрет массажиста и массаж секретарши, грузоподъемник в кармане, искушение дьявола в турецкой бане, секретный ящик, сослагательный прыщик, бювет в пустыне, смазку Перро, бенгальский танец, венецианский ранец, гондольера с веслом, глухого меломана (вынь шиш из кармана) и, наконец, путешествие на край блаженства".

https://itexts.net/avtor-gerbert-dzhordzh-uells/99678-iskatel-1993-vypusk-6-gerbert-dzhordzh-uells/read/page-3.html

Фредерик Дар

Сан-Антонио в гостях у МАКов

роман

Тема выбора

"- Ты где сейчас?
— В машине, опер. Называется — «мерседес». Кусочек нормальной человеческой жизни, абсолютно несовместимый с этой страной и с этой жизнью… Если, конечно, все это можно считать жизнью. И сейчас, Шурик, я еду в «мерседесе» туда, где он не является инородным телом.
Где нормальные дороги, нормальные законы, нормальные ценности… Ты понял?
— Кажется, да, — ответил Сашка. — Ты погрузила в багажничек «мерзавца» чемоданчик с баксами и бежишь.
Настя снова засмеялась. Медяки раскатились по заплеванному полу вокзального сортира… Их наверняка подберут.
— Э-э, нет, — сказала Настя, — я не бегу. Я освобождаюсь. От дураков, пьяниц, выборов народных депутатов, гаишников… от СОВКОВОСТИ. И сама удивляюсь: почему я не сделала этого раньше?
— Может быть, потому, что раньше на тебе убийства не было? — сказал Зверев.
— Дурак ты! Ты неудачник, Зверев. Убогий ты человек.
— Это точно, — сказал Сашка и подмигнул своему отражению в зеркале. — До твоих высот мне никогда не подняться.
— Дурак! Безусловный, абсолютный и непроходимый, как заворот кишок. Ты ведь, в принципе, и недостоин лучшей жизни, потому что — СОВОК. А это неизлечимо, Зверев. Это беда на генетическом уровне.
— Вот и объяснились, — сказал Зверев. — Ежели ты все сказала, то давай прощаться.


— Мудак! — закричал вдруг женский голос. — Что ты дела…
И оборвался. Умолк, не договорив… Вот с какими словами окончился твой путь, Настя. И ты наконец-то приехала в страну, где «нормальные дороги, нормальные законы, нормальные ценности».

Черное пятно сгоревшего мха он увидел издалека. Оно отчетливо выделялось на зеленом, было похоже на кляксу. Зверев включил правый поворот, проехал последние метров сто накатом и остановился.
«Трагическая гибель принцессы Дианы», — сказала магнитола. Сашка нажал на клавишу. Магнитола заткнулась. Шумела на ветру крона гигантской сосны, чернело пятно сгоревшего мха… Щемило сердце. Кора у основания мощного ствола была сорвана, торчали желтые расщепы древесины. Возможно, дерево еще помнило тот чудовищный удар. И собственную дрожь. И смертный ужас женщины в сверкающей железной коробке.
Крона шумела. В этом шуме не слышен был крик. Изумленный, последний… А ты не понял! Ты ничего тогда не понял. Ты пожал плечами и положил трубку на аппарат. А уже взметнулся огненный клубок из расплющенного бензобака, опалил кору дерева. Испепелил грешную Настину душу.
Спас ли ее огонь очищающий?
Всю жизнь она грешила, лгала и предавала. Потом научилась убивать… Спас ли ее огонь? Можно ли было ее спасти? Ответа Зверев не знает. Наверно, его и никто не знал… Наверно, его и нет. Только крона сосны шумит на ветру.
Зверев вылез из машины, посмотрел еще раз на сосну… Прощай! Теперь уже навсегда… прощай. Пусть тебе будет легко в твоем аду. Возможно, еще встретимся.
Зерев тряхнул головой, повернулся к машине: надо ехать. Ехать прочь от этого страшного места. Он попытался отогнать мысли, сосредоточившись на чем-то приземленным, бытовом… хоть на тачке, что ли? На забрызганных, грязнущих стеклах. Да, на стеклах. Надо их протереть… Он открыл багажник и взял в руки тряпку. Слабо сверкнула звездочка. Сашка расправил тряпку и… ошеломленно уставился на свой старый милицейский китель, на погоны с четырьмя капитанскими звездочками. Он уже давно забыл об этой «тряпке», не вспоминал ни разу, хотя держал в руках неоднократно… Созвездия горели. Созвездия опера.
Зверев обернулся к сосне. Затылок обожгла какая-то мысль. Даже, пожалуй, не мысль — память. Он взялся за погон, рванул. Ткань затрещала, но погон был пришит на совесть. Он рванул еще. Погон остался в руке, а китель полетел в черную пропасть багажника. Сашка пошел к сосне.
Он шел тяжело, медленно… Он вступил в черный обгоревший круг, захрустело под подошвами битое стекло. Зверев остановился. Ему было очень трудно. Казалось, сила земного тяготения в этом черном пятне выросла вдвое. Он сделал шаг. Второй, третий… десятый. Он уперся лбом в ствол сосны. Легкая дрожь бежала по дереву.
Зверев вставил погон в расщепленную ударом древесину.
Потом он сидел в машине с закрытыми глазами и думал… Ерунда! Ни о чем он не думал. Он просто сидел с закрытыми глазами в машине. Мимо неслись фуры, микроавтобусы, легковухи. В каждой третьей из них работало радио… Мир сокрушался по поводу гибели принцессы Дианы.
Двое гаишников, проезжая мимо в жигуленке, заметили зверевскую «девятку» и подозрительного (спящего? пьяного?) мужика внутри. Остановились, подошли.
Сашка открыл глаза. И глаза его старшему сержанту не понравились.
— Выпивали, Александр Андреевич? — спросил он, заглянув в права.
— Нет, — ответил Зверев. — Хочешь, в трубочку дыхну?
— В трубочку, в дудочку… в балалаечку… — пробормотал сержант. Он и так уже видел, что водитель трезв. Глаз наметанный. Последнее время, правда, встречаются и под наркотой, но «трубочкой» ее не возьмешь. Да и не похож мужик на наркомана. На всякий случай сержант сказал: — Вид у вас не очень, товарищ водитель… Как вы себя чувствуете?
— Нормально.
— Нормально… в трубочку, в дудочку… А вы, товарищ во…
— Послушай, сержант, — сказал Зверев. — Я с человеком приехал проститься.
Ты понимаешь? Гаишник посмотрел на сосну, на Зверева.
— Счастливого пути, Александр Андреич. Будьте осторожны.
Когда Зверев уехал, напарник сержанта сказал:
— Петрович, это же он, видать, насчет этой… Бабенки-то, на «шестисотом» которая… Чуть не плачет сидит… Любовь у него, видать, а?
— Любовь! — скривил губы сержант. — Еб он ее, Кирюша, еб. Муж-то у нее старый уже… Генерал! А этот — ебарь на подхвате.
Сержант сплюнул на песок и сказал:
— Тьфу! Развелось сук всяких… Ладно, поехали, Кирюха, обедать. А чтоб им всем… По кюветам… Брызгами!

Андрей Константинов "Мусорщик". Из цикла "Бандитский Петербург"

перекличка

«Не ужасно ли и не обидно ли было бы думать, что Моисей восходил на Синай, что эллины строили свои изящные Акрополи, римляне вели пунические войны, что гениальный красавец Александр в пернатом каком-нибудь шлеме переходил Граник и бился под Арабеллами, что апостолы проповедовали, мученики страдали, поэты пели, живописцы писали и рыцари бились на турнирах для того только, чтобы французский или немецкий, или русский буржуа в безобразной комической своей одежде благодушествовал бы «индивидуально» или «коллективно» на развалинах всего этого прошлого величия?..

Стыдно было бы человечеству, чтобы этот подлый идеал всеобщей пользы, мелочного труда и позорной прозы восторжествовал бы навеки».

К.Н. Леонтьев

****************

"...может быть, конечный продукт нашей цивилизации. Вот она пользуется радио. Что она знает о радио? Она пользуется всем, ни на что не имея права. Неужели для таких, как она, для ходячих желудков с коровьими глазами свершалась трагическая история человечества. Страдали, умирали от голода лучшие люди: философы, изобретатели, мудрецы, писатели, наконец… Получилось, что для нее, да, Джордано Бруно горел на костре, Галилея осудили, расщепили атом, сконструировали автомобиль, изобрели тайприкордер, радио и ТиВи. Чтобы мутанты разбивали свои автомобили на дорогах Новой Англии, с трудом соображая, где они находятся.

Это для них предлагают урегулировать бюджет, чтобы еще улучшить их жизненный комфорт, правительства мира. Чтоб отец мутанта купил мутанту новый автомобиль".

Лимонов Э.В. "Мутант"